Александр брёл по улицам Михайловки, проклиная на чём свет стоит несговорчивых мужиков. Как он ни просил их всю дорогу приютить его на день-другой, никто из них не согласился, а Степан и вовсе вытолкнул его из машины в центре деревушки и добавил, что ему лучше вообще убраться из этих мест куда подальше. И сказал куда именно. – Сам ты пошёл…! – в сердцах крикнул вслед уезжающей машине Александр, не сдержавшись, плюнул ей вдогонку и потопал, куда глаза глядят. Лицо его было в саже, одежда изорвана, и каждый, кто встречался на пути, смотрел на него с настороженностью...

Первая ночь была самой страшной. Александр сидел в углу избушки, прижавшись спиной к холодной бревенчатой стене, и не мог пошевелиться. Волки выли совсем рядом. Их голоса то приближались, то удалялись, но не смолкали ни на минуту. Они кружили вокруг избушки, и Александр слышал, как их лапы шуршат по сухой прошлогодней листве, как они скребутся о стены, как дышат под дверью. Он вжался в стену, обхватил колени руками и зажмурился. Ему казалось, что стоит ему закрыть глаза, и волки исчезнут. Но они не исчезали, они были рядом и ждали...