Снова на публике! Алина Кабаева вышла из тени и поразила Сеть внешним видом
Свекровь при всех обругала меня за мой подарок. Она и не предполагала, что это не всё, что я собиралась ей подарить
Флакон ударился о паркет и покатился под стол. Наташа стояла посреди гостиной — прямая, как струна, — и смотрела, как белый цилиндрик солнцезащитного крема описывает дугу по натёртому до блеска полу. Коробка, которую она держала в руках ещё секунду назад, тоже лежала у ног Валентины Сергеевны — смятая, нарядная, с атласной лентой, которую Наташа завязывала сегодня утром, высунув от сосредоточенности кончик языка. — Вот это, значит, подарок? — голос свекрови звенел тем особым металлическим звоном, который Наташа за три года узнавалп с первой ноты...
— Своих родственников в столицу притащил — сам их и корми, я больше палец о палец не ударю! — поставила ультиматум супруга
Чемодан вылетел в коридор первым. За ним последовала мужская куртка, затем стопка футболок, сложенных наспех, — они рассыпались прямо на пороге, белыми пятнами легли на паркет. Оля стояла посреди спальни с остатками стопки в руках и чувствовала, как терпение наконец-то лопнуло — не с болью, а с облегчением, как лопается нарыв. — Это мой дом, — сказала она. — Мой. И я хочу, чтобы ты понял это раз и навсегда. Федя появился в дверях спальни. Он был в майке и тренировочных штанах, со всклокоченными волосами — видимо, дремал в кресле под бормотание телевизора, пока она собирала его вещи...