— Спасибо тебе за правильное решение, Вадим, — промурлыкала моя жена и поправила начальнику галстук. Так галстук поправляют только одному мужчине. Тому, у которого знаешь каждую пуговицу на рубашке. Я стоял за колонной в двух шагах от них. В левой руке букет белых роз за восемь семьсот, в правой телефон, на котором всё ещё шла запись. Я снимал Илону для её матери: сцена, стеклянная стела с гравировкой «Коммерческий директор», аплодисменты. Тёща накануне просила: «Димочка, запиши обязательно, я до такого счастья и не надеялась дожить»...