Я сидела с телефоном в руке, уставившись в стену. Лыков сказал, что дело закрыто. Что Сергеев умер от сердца. Что бабушку Матрену они не вызывали. Значит, те двое, что приехали к ней ночью, были не от него. Но кто тогда? И главное — зачем? Ответа не было. Было только смутное, неприятное чувство, что всё это только начинается. Что вчерашний допрос у Лыкова, ночной вывоз Матрены, эти граждане в штатском с пустыми глазами — всё звенья одной цепи. И звенья эти тянулись куда-то в темноту, которую я пока не могла разглядеть...

Ольга Сергеевна, женщина практичная и повидавшая жизнь, потеряла пятьсот тысяч рублей так же буднично, как если бы выронила из рук авоську с картошкой. Просто, без лишнего шума. Позвонили, якобы, из службы безопасности банка, сказали, что на ее имя пытаются оформить кредит и прямо сейчас, сию минуту, нужно перевести все сбережения на «безопасный счет». Она, уставшая после смены в поликлинике, где работала регистратором, слушала этот бред и почему-то верила. Голос в трубке был настойчивый, уверенный, с интонациями человека, который точно знает, как спасти твои деньги...