Думал Леха неделю. Я уж, было, решила, что он про меня забыл. Но в четверг вечером он позвонил и сказал, что завтра в Доме Ученых открывается фотовыставка его друга, Андрея Авдеева. – Пойдешь? – Завтра? А во сколько? – В семь. А что? – Да завтра у Лариски День рождения. Мы хотели после работы посидеть немного, чисто символически. – Ну, смотри. Мое дело – предложить, твое дело – отказаться. Только потом не говори… – Нет-нет! Я пойду. – Тогда до завтра! И он повесил трубку. Назавтра после работы мы, по сложившейся традиции, быстренько накрыли стол в комнате отдыха...

Сергей понял, что всё закончится плохо, ещё до того, как взял трубку. Телефон лежал на кухонном столе и вибрировал по дереву коротко, настойчиво, почти раздражённо. На экране высвечивалось: «Папа». Вечер пятницы. Семь сорок. Обычно в это время Сергей уже знал, что его выходные закончились, даже если формально ещё не начинались. Жена мыла кружку у раковины. Не повернулась, но плечи у неё чуть напряглись. Она тоже знала этот звонок. Сергей смотрел на экран и почему-то думал не о родителях, не о даче, не о пробках на выезде из города...