Он стоял в гараже так долго, что стал частью стены. Пыль ложилась не слоем — эпохой. Ключи висели на одном и том же гвозде, и рука тянулась к ним машинально, даже когда уже не было сил ехать. В какой-то момент машина перестаёт быть средством передвижения. Она становится привычкой. Или оправданием. Или единственным местом, где ты всё ещё управляешь происходящим. А потом наступает день, когда ты выходишь в гараж и понимаешь: сегодня — последний раз. В конце 1950-х Америка была уверена в себе. Дороги...