На смену я поехала на молоковозе. Своей машины у меня в то утро не было: её увезли со двора ночью, а вторые ключи от неё лежали в кармане у брата моего мужа. До санатория восемнадцать километров, и пешком их никто не ходит. Я стояла на обочине у поворота и махала рукой всему, что шло в ту сторону. Остановился он, третий по счёту. Кабина высокая, я лезла в неё, подтягиваясь на поручне, как в детстве на турник. В кабине пахло молоком и железом. Водитель посмотрел на мои промокшие туфли, на сумку, прижатую...

Нина познакомилась с Игорем на похоронах. Хоронили общего знакомого, Валеру, который когда-то ремонтировал Нине кухню и так и не доделал, то есть кухню-то доделал, а вот пластиковый уголок у мойки отклеился на второй день и держался потом на честном слове, как и многое в жизни. Нина пришла на кладбище из приличия, потому что покойный был хороший человек. Стояла в стороне, под зонтом, и тут подошёл Игорь. Он был в тёмном пальто, с седой щетиной, рост выше среднего, и от него пахло чем-то чистым, не парфюмом, а просто чистотой, как от свежевыстиранного белья...