Дверь общежития захлопнулась за Олей. Она стояла на бетонном крыльце, вцепившись пальцами в большой пакет, в который была кое-как, второпях, скомкана вся ее нехитрая собственность: пара заношенных джинсов, несколько блузок, три нарядных платья, зубная щетка и фотография матери, сделанная лет десять назад у колодца. Девушка стояла и смотрела в темный, сырой вечер, не в силах сделать первый шаг, потому что шагать было некуда. В воздух уже пахло весной, талым снегом и этот запах въелся ей в ноздри, смешался с горьким привкусом слез, которые она не сдерживала, позволяя им течь по щекам...