Девять дней. Девять дней, как моей Анечки нет. Мы только-только вернулись с кладбища, и этот... Витя, зять мой... даже не дал мне платок убрать. Он просто молча вынес мой старый чемодан на лестничную клетку. Прямо мимо стола, который еще не успели убрать после поминок. «Мам, — говорит, — вам пора. Пожили и хватит. Квартира теперь моя». Я стою, смотрю на него. В руках — портрет Ани в черной рамке. А он смотрит... не на меня. Мимо. Знаете, таким пустым, рыбьим взглядом. Будто я — часть мебели, которую тоже надо вынести...