Казённую бумагу я мял в кулаке третий час, и углы у неё раскисли от пальцев. По бумаге выходило, что недостачу на складе записали на меня, и, если до завтрашнего утра я не положу поверх неё бумагу сильнее, дальше со мной разговаривают уже по статье. А на мне брат, Петя, которого я поднял один, и который сейчас сидел дома и не знал, что старший стоит тут и решает, чем платить. Недостача открылась в понедельник. На складе, где я вешу и выдаю, не сошлось по описи крупно, на такую сумму, какой мне за год не поднять...