– А что тут такого? – начала Вера Петровна, делая шаг вперёд. – Мы же не требуем ничего невозможного. Просто нужно освободить квартиру, чтобы Сергей мог наконец нормально устроить свою жизнь. Ты ведь сама знаешь, как всё сложилось. Вера Петровна, свекровь, стояла в дверях гостиной с таким видом, будто уже распоряжалась здесь всем. Её аккуратно уложенные волосы с лёгкой сединой, строгая блузка и цепкий взгляд – всё говорило о том, что она пришла не просто поговорить. Рядом с ней, опустив глаза, переминался с ноги на ногу её сын – Сергей, муж Риммы...

Ольга и Дмитрий Крамцовы вложили в эту дачу всё, что скопили за три года. Три года они пили кофе только дома, а не в кофейне за углом. Три года Дима сам менял масло в машине, хотя ненавидел это дело. Три года Ольга перестала покупать новую обувь и донашивала сапоги с прошлой зимы, подклеивая треснувшую подошву клеем «Момент». — Оль, смотри, какой участок! — Дима тогда впервые показал ей фото в телефоне. Восемь соток в живописном месте, в тридцати километрах от города, рядом река, лес. Дом, правда, требовал рук...

Яна захлопнула дверцу шкафа с такой силой, что задребезжали стёкла в буфете. Руки дрожали, когда она наливала себе воду из графина. Свекровь только что ушла, оставив после себя удушливую атмосферу невысказанных обвинений и плохо скрытого возмущения. — Витя, — голос Яны звучал опасно спокойно, — объясни мне, пожалуйста, что сейчас произошло. Твоя мать только что сообщила, что я должна дать денег на квартиру для Светки. И это преподнесено как само собой разумеющееся. Муж стоял у окна, отводя взгляд...