Я двадцать восемь лет определяю подделки. Фарфор с трещиной, замазанной грунтом, серебро, разбавленное оловом, подпись мастера, выведенная рукой ученика – профессия научила различать настоящее. Но в тот февральский вечер, когда сын привёл невесту, я не разглядела ничего. Тимур позвонил днём. – Мам, я вечером привезу Камиллу. Только не устраивай допрос, ладно? Если предупреждает – значит, боится, что спугну. Значит, серьёзно. За двадцать восемь лет я научилась читать сына не хуже, чем клейма на фарфоре...