Дождь барабанил по крыше гаража с настойчивостью, достойной лучшего применения. Я стояла за стеллажом с зимней резиной, сжимая в руках пыльную бутылку «Шато Марго» 2005 года, за которой меня отправили. Вино было для гостей. Для его гостей. В гараже пахло бензином, сыростью и дорогими духами «Баккара Руж». Этот запах я узнала бы из тысячи — сладкий, йодистый, навязчивый. Запах женщины, которая считает, что ей принадлежит мир. — Андрей, ну сколько можно? — голос Карины звенел капризным хрусталем. — Ты обещал решить вопрос с разводом еще весной...

— Куда собралась?! А кто будет готовить праздничный ужин?! — Негодовала свекровь, Галина Петровна, уперев руки в необъятные бока. Её лицо, обычно бледное и рыхлое, как сырое тесто, сейчас пошло красными пятнами, гармонируя с цветом халата в цветочек. Елена замерла в дверях спальни. На ней не было привычного растянутого домашнего костюма или фартука, пропитанного запахом жареного лука. На ней было платье. Красное. Бесстыдно облегающее, шелковое, с вырезом на спине, который, по мнению Галины Петровны, могли носить только женщины с «низкой социальной ответственностью»...