Ольга стояла посреди маминой квартиры и смотрела на мужа, который в очередной раз размахивал руками, расхаживая по комнате. Его лицо покраснело от гнева, а голос становился все громче. - Продавай эту дыру немедленно! – выкрикнул Дмитрий, ткнув пальцем в потрескавшуюся стену. - Сколько можно тянуть? Полгода уже прошло с похорон. Квартира в центре стоит бешеных денег. а ты цепляешься за эти ободранные обои, как за спасательный круг. - Это память о маме, – тихо ответила Ольга, сжимая в руках старую фотографию...

Я понял, что в квартире появился умный человек, в тот день, когда у меня пропали вкусняшки. Не деньги. Не ключи. Не зарядка от телефона (хотя зарядки исчезают так, будто у них профсоюз). Пропали кошачьи лакомства — те самые, которые я покупаю “на чёрный день”, когда надо: И вот я стою на кухне, открываю верхний ящик — там, где логически должны лежать пакеты с лакомствами. Потому что кот туда не допрыгнет. Логика у меня, знаете, была железобетонная: “вверх — значит безопасно”. В ящике пусто. Я открываю второй — пусто...