В парадных залах Эрмитажа, среди шедевров мировой живописи, хранится одна из самых камерных и при этом загадочных картин Высокого Возрождения — «Мадонна Литта». Небольшая доска (42 × 33 см) излучает тихий, почти домашний уют: молодая мать кормит грудью младенца у стены с двумя арочными окнами, за которыми синеют далекие горы. Взгляд зрителя, очарованного нежным профилем Девы Марии и тельцем Младенца, неизбежно останавливается на одной удивительной детали — аккуратно зашитых, но грубо разорванных стежках на её красной сорочке...

В личных апартаментах Николая II в Зимнем дворце висела одна довольно пикантная картина, которую в СССР не жаловали, и она длительное время находилась в запасниках Эрмитажа. В советское время вообще вся салонная живопись XIX века, что Русская, что любая европейская, считалась безнравственной, аморальной и вообще классово чуждой рабочему человеку. Поэтому подобные картины практически не выставлялись, а если и находились в экспозиции, то экскурсоводы, как правило, подчёркивали их "пошлость" и "упадочность"...