Несмотря на свои пятьдесят семь лет, Фёдор Дементьевич, или просто Лапа, как его называли в родной деревне за мощные кисти рук и привычку всё обнимать приветствуя, выглядел намного моложе своих лет. Высокий, широкоплечий, с седой непокорной чёлкой, торчащей из-под ушанки, и глазами цвета старой меди, он стоял, упёршись в свежеструганные доски крыльца, и с удовольствием осматривал новый дом своего зятя. — Смотри-ка, какой молодец-то. Ишь, какие хоромы ты отгрохал, — невольно вырвалось у него, и в...