Слово «волхв» мы привыкли слышать в двух контекстах: в рождественской истории о мудрецах, пришедших с востока, и в школьном курсе истории — как обозначение языческих жрецов, с которыми боролась молодая христианская церковь. Между этими двумя картинами — пропасть. В одной волхвы — благородные звездочёты, в другой — смутьяны, убивающие женщин во время голода. Где правда? Точнее — где её искать. Историки спорят об этом больше двух столетий. Одни называют волхвов жрецами, другие — знахарями, третьи — астрономами...

Слово «волхв» знакомо почти каждому, кто хоть немного интересуется историей Древней Руси. Но стоит попросить объяснить, кем именно были волхвы, и начинается путаница. Жрецы языческих богов? Народные целители? Или просто ярлык, которым христианские летописцы клеймили всякого, кто сопротивлялся новой вере? Проблема в том, что источников ничтожно мало. И почти все они написаны людьми, для которых волхвы были врагами. Откроем Повесть временных лет. Волхвы появляются в ней буквально считанное число раз, и каждый эпизод стоит разобрать отдельно...