— Я уже решила, кто будет жить в твоей квартире, так что давай без этих твоих сцен, лишних вопросов и неуместного эгоизма, — припечатала моя бывшая свекровь. Она перешагнула через порог и привычным, сугубо хозяйским жестом поправила носком лакированной туфли мой придверный коврик. Антонина Львовна прошествовала в коридор с грацией и непробиваемой самоуверенностью важной барыни, которая точно знает, чей это курорт, чьи это шезлонги и кто именно из отдыхающих обязан кормить её хлебным мякишем. За её величественной, обтянутой бордовым кардиганом спиной топталась незнакомая мне женщина...

– Не нравится, собирай вещи. Мама остаётся здесь, – сказал Артём, протискивая в прихожую третий чемодан. Он поставил его рядом с двумя клетчатыми сумками и складной сушилкой, окончательно перегородив проход к двери. Пять дней назад Валентина Леонидовна приехала к нам с небольшой дорожной сумкой и уверяла, что задержится всего на две недели, пока в её квартире идёт ремонт. Теперь её обувь занимала нижнюю полку шкафа, халат висел в ванной, а швейная машинка стояла на моём рабочем столе. Я сняла туфли и оглядела прихожую, в которой для моих вещей уже не осталось места...