Ночь душила село тишиной, такой густой и неестественной, что хотелось зажать уши. Я, Егор, лежал на своей старой скрипучей кровати и не мог уснуть, ворочался с боку на бок, вслушиваясь в эту ватную, мертвую пустоту. Обычно наша деревня и ночью жила своей жизнью – то собака где-то лениво тявкнет, то петух сдуру прокричит не в урочный час, то пьяный Митька песни горланит, возвращаясь домой. Но сегодня – ничего. Абсолютный ноль. Будто все разом вымерли или заткнулись от какого-то общего, невысказанного страха...