Свободный выходной казался подарком. Две тени на стене, наш с Андреем чайник, нет спешки, нет будильника. Я ходила по бабушкиной квартире в старой домашней футболке, босыми ступнями шуршала по паркету и думала, что вечером напеку пирог, мы включим старый фильм и наконец просто посидим рядом, без разговоров о его работе и без его привычного: «Не трогай прошлое, Наташа, оно пусть спит». Прошлое Андрея всегда стояло за спиной, как закрытая дверь. Про мать он говорил мало и сжатым голосом. Я давно поняла: хочешь мира — не задавай лишних вопросов...

Утром Любу разбудил громкий голос Галины, она объявила, что пора вставать и пошевеливаться. Наталья побежала на двор, Люба пошла за ней, чтобы посмотреть, где тут «удобства». Григорий как раз загонял собачью свору обратно в сарай, хрипло ругаясь и кашляя, собаки огрызались, и он добавлял им пинков. - Ну, чего стоишь? – Галина сунула Любе в руки платок, - Повязывай на голову, холодно, да пошли. Завтрак в нашем отеле не полагается! Чай пей, я вчерашний заново заварила, сойдёт. Люба видела, как Наталья...