В час сорок ночи я сидела на краю чужой ванны в чужом изумрудном платье и держала его рукой на спине, потому что молния не застёгивалась. Внизу пели «Девочку мою синеглазую». В дверь постучали два раза, негромко, и муж сказал: — Марин, открой. Куртку я взял. Я не говорила ему, где я. Я сама не знала, как называется этот посёлок. Последнее, что Толя получил от меня в тот вечер, был смайлик. Подмигивающий. За всю нашу переписку я не поставила ему ни одного. Я не собиралась ему изменять. Я просто поехала...