— Надь, ты опять ей перевела? Сергей стоял в дверях кухни, в руке у него светился телефон с открытым банковским приложением. Голос был тихим, но в этой тихости чувствовалось то самое, от чего у Нади внутри сразу стянуло живот, как перед экзаменом, который она не сдала. — О чём ты, — сказала она, хотя прекрасно знала, о чём. — Пятнадцать тысяч. Сегодня в три часа дня. Перевод на карту мамы. Я только сейчас увидел уведомление. Надя поставила чайник на плиту и не сразу обернулась. Руки делали привычные...

— Эти макароны какие-то серые, сказал Дмитрий, отодвигая тарелку. — Ты чего, самое дешёвое берёшь? — Серые, потому что твёрдые сорта, ответила Ольга, не поднимая глаз от телефона. — Это «Родные зори», обычная пачка, как всегда. — Раньше были другие. Жёлтые какие-то, поярче. — Раньше я брала по двести двадцать рублей. Теперь они по триста сорок. Я взяла по сто восемьдесят. Дмитрий вздохнул так, как умел вздыхать только он, длинно, с подвыванием в конце, будто из него выходил воздух из проколотой шины...