— Ну, Валентина Петровна, проходите, разувайтесь, я чайник поставила, — сказала Ира, пытаясь улыбнуться как можно приветливее, и отступила вглубь прихожей, освобождая проход. Мать Андрея окинула взглядом прихожую, задержалась на рассохшейся вешалке, на которую был наброшен легкий плащ Иры и ветровка Андрея, и на старой обувнице, где сиротливо стояли две пары кроссовок. Она помедлила, аккуратно сняла сапоги, поставила их ровно, носком к носку, выпрямилась и только потом произнесла, глядя не на Иру, а на голую стену над обувницей...

Нина собрала чемодан за сорок минут. Это было рекордом для женщины, которая восемь лет никуда не выезжала дальше дачи в Калужской области. Руслан стоял в дверном проёме спальни и смотрел, как она складывает вещи. Молча. Он вообще последние дни много молчал, будто слова застревали где-то между горлом и языком и обратно проваливались внутрь. – Зарядку от ноутбука не забудь, – сказал он наконец. Нина кивнула. Зарядка уже лежала в боковом кармане. Она проверила это дважды. На кухне тикали часы. Костя, их шестнадцатилетний сын, сидел за столом и ковырял вилкой остывшую гречку...