Сковорода у меня в руках тяжёлая, чугунная, ещё бабушкина. Я держу её так, будто сейчас она меня удерживает, а не я её. Плечи ноют. В пояснице тянет. На плите шипит масло. — Леночка, — сладко говорит Людмила Петровна, — ты хоть бы салфетки ровно разложила. У нас в семье так принято. «У нас в семье». Я слышу это одиннадцать лет и каждый раз внутри что-то сжимается, как от холодного металла по коже. Я замираю. Не потому что согласна. Потому что рефлекс. Не дёргаться. Не отвечать. Не портить отношения...