В субботу утром Виктор Сорокин, как обычно, укладывал в спортивную сумку рабочие рубашки и комбинезон, пропахший машинным маслом. Людмила стояла у окна кухни в Алексине, смотрела на серую «Ниву» мужа во дворе, на пятиэтажки соседней улицы и молчала. Из окна был виден краешек Оки и труба бывшего завода – вид, к которому она привыкла за тридцать один год замужества и который не менялся, в отличие от их семейной жизни. Тринадцать лет подряд каждую субботу повторялось одно и то же: Виктор ехал на другой...