Тишина в нашем доме всегда была уютной, как дорогой кашемировый плед. Но сегодня она душила. Я стояла посреди спальни, глядя на то, как мерно вздымается грудь Андрея под шелковым одеялом. Мужчина, которого я боготворила двадцать лет. Человек, чей профиль я могла бы нарисовать с закрытыми глазами, теперь казался мне зловещим незнакомцем, случайно занявшим половину моей кровати. На прикроватной тумбочке лежала папка с тисненым логотипом — приглашения на нашу «фарфоровую свадьбу». Двадцать лет. Семь тысяч триста пять дней...