Весна, весна! Как воздух чист!  Как ясен небосклон!  Своей лазурию живой  Слепит мне очи он.  Весна, весна! Как высоко,  На крыльях ветерка,  Ласкаясь к солнечным лучам,  Летают облака!  Шумят ручьи! Блестят ручьи!  Взревев, река несет  На торжествующем хребте  Поднятый ею лед!  Еще древа обнажены,  Но в роще ветхий лист,  Как прежде под моей ногой  И шумен, и душист...

«Весна, весна! Как воздух чист! Как ясен небосклон! Своей лазурию живой Слепит мне очи он. Весна, весна! как высоко На крыльях ветерка, Ласкаясь к солнечным лучам, Летают облака! Шумят ручьи! блестят ручьи! Взревев, река несет На торжествующем хребте Поднятый ею лед! Еще древа обнажены, Но в роще ветхий лист, Как прежде, под моей ногой И шумен и душист. Под солнце самое взвился И в яркой вышине Незримый жавронок поет Заздравный гимн весне. Что с нею, что с моей душой? С ручьем она ручей И с птичкой...

Весне радуется поэт, и говорит о том, что в это время воздух чист, а небосклон ясен и своей живой лазурью он слепит глаза поэта. Весной облака летают высоко, словно на крыльях ветерка. И они ласкаются к солнечным лучам. В это время не только шумят ручьи, но и реке, взревев, торжественно несут лед, который и был ими поднят. Но деревья пока еще обнажены, а в роще под ногами человека старые листья шумные и душистые. Жаворонок взлетел высоко, его совсем не видно, так как он взлетел под самое солнце, но зато слышны его песни...