— Ты считаешь копейки, потому что не работала ни дня в своей жизни, — тихо сказала Надя. — Тебе тридцать лет, Лена. Трое детей. И ты считаешь, что весь мир должен оплачивать твои хотелки. Но красть у племянницы... Это последнее дело! — Мама, его нигде нет! Я всё обыскала, даже под ванну залезла! — пятнадцатилетняя Ника стояла посреди прихожей и с трудом сдерживала слезы. Надя замерла с ключами в руках. Она только что закрыла дверь за сестрой и её шумным выводком. В ушах всё еще стоял гул от детских криков, топота и бесконечного нытья Лены...