– Марина, ты весь день была дома. Почему у меня опять нет чистой рубашки? Денис стоял в коридоре, уже в носках и с телефоном в одной руке. На кухне остывала овсянка, Миша плакал на детском стульчике, а на полу лежал конструктор, который я собрала с ним раз шесть за утро. Я посмотрела на часы. Было без двадцати восемь. – Она в сушилке, – сказала я. – Десять минут, и будет сухая. – Конечно. Десять минут. Я же не опаздываю и мне не надо деньги зарабатывать. Он сказал это спокойно. Даже не повысил голос...

Слух о ревизоре приполз в село вместе с утренним туманом — липким, серым, пахнущим мокрой золой. Говорили разное. Одни уверяли, что едет из района суровый мужик в кожаном пальто, который одним взглядом умеет находить растрату. Другие шептались, что ревизорша — баба злая, как февраль, и что она уже посадила трёх председателей за недостачу. Третьи вообще несли чушь, будто едет целая комиссия из области, с опечатанными чемоданами и мандатами на обыск. Глава 1 Бессонов пришёл в артель рано утром, хмурый, невыспавшийся...