Я знала, что мой Сеня похаживает налево. Да что уж там греха таить — об этом всё наше село знало, от малых ребятишек до древних старушек на завалинках. В деревне ведь как: ты ещё только подумал, а соседи уже обсудили, осудили и косточки перемыли. А некоторые бабы в лицо мне выговаривали: «Чего ты, Машка, терпишь? Выстави ты его с чемоданом за порог! Пусть катится к своим кралям, раз дома не сидится». Слушать их было горько, а отвечать — ещё горше. Легко рассуждать, когда у тебя за спиной муж-тихоня...