Пап, там тетя c фото из твоего кошелька плачет, давай ее угостим… Подойдя к бродяжке, отец обомлел Холодный октябрьский дождь крупными каплями барабанил по панорамным окнам семейного кафе «У камина». Внутри было тепло и пахло выпечкой, корицей и свежесваренным кофе. За угловым столиком сидели двое: высокий, подтянутый мужчина лет тридцати пяти с благородной проседью на висках и маленькая девочка с забавными хвостиками и огромными, лучистыми глазами. Дмитрий нежно смотрел на свою шестилетнюю дочь Милану, которая с увлечением уплетала черничный чизкейк...

— Ты серьёзно сейчас перевела им двадцать тысяч? — голос Егора сочился не криком, а какой-то медицинской брезгливостью, будто он обнаружил на своей тарелке таракана. — Аня, ты смотришь на меня, или мне поговорить с холодильником? Аня натянула рукав старого свитера на костяшки пальцев. Свитер был мохеровый, колючий, с застарелой дыркой на локте, которую она ленилась зашить уже третью зиму. Она смотрела не на Егора, а в тарелку с гречкой, где в лужице нерастаявшего сливочного масла плавала одинокая морковка...