Когда Вадим потребовал перевести премию на общий счёт, Римма впервые за восемь лет открыла банковское приложение не для того, чтобы подчиниться. То, что она увидела в истории переводов, изменило всё. Римма получила премию в четверг. Сорок семь тысяч. За проект, над которым она работала три месяца, оставаясь после смены, отвечая на письма в выходные, пока Вадим смотрел хоккей на диване. Она даже не успела порадоваться толком. Уведомление пришло в обед, а к ужину муж уже знал. – Сколько там начислили? – спросил он, не поднимая глаз от тарелки...

– She looks nervous. Cheap perfume, too. Where did he find her? Регина произнесла это спокойно, разглядывая меня поверх бокала, будто я была картиной на дальней стене. Вадим усмехнулся, ответил что-то про «провинциальный вкус». Оба улыбались мне через стол так тепло, что чужой человек решил бы: свекровь с будущим зятем обожают невестку. Я поднесла салфетку к губам и промолчала. Мы сидели в их квартире на седьмом этаже, с видом на реку, где даже воздух пах деньгами и лилиями из огромной вазы. Первый мой ужин в этой семье...