Командирские часы моего деда пережили три переезда, две страны, в том числе в которой их сделали, и одну стиральную машину. Они до сих пор идут. Мои умные часы за это же время умерли дважды. В этом, пожалуй, и есть весь смысл советской часовой школы: вещи делали не до конца гарантии, а «на внучка». Но что осталось от этой империи сегодня, в 2026‑м? Спойлер: больше, чем кажется. Часть заводов жива, часть брендов воскресла, а некоторые часы всё ещё можно купить новыми — и за очень вменяемые деньги...