За двадцать пять лет работы в доме престарелых я видела деменцию во всех её формах и стадиях — от первых, едва заметных странностей до полного исчезновения личности, когда человек уже не помнит не только своего имени, но и того, как держать ложку. Я сидела с теми, кто ещё вчера рассказывал мне о своей свадьбе в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году, а сегодня смотрел сквозь меня и спрашивал, где его мама — та самая мама, которая умерла полвека назад. Я знаю деменцию не по учебникам и не по курсам...