Существует в мире кинематографа особый, почти сакральный акт — акт, который можно уподобить древним ритуалам инициации, когда человек умирает в одном качестве, чтобы воскреснуть в другом. Этот акт есть радикальное, тотальное, необратимое изменение внешности актрисы ради роли — изменение, которое выходит далеко за пределы обычного грима, обычного костюма, обычного актерского перевоплощения. Здесь речь идет не о том, чтобы на время примерить чужой облик, но о том, чтобы разрушить свой собственный,...