Когда я увидела их вместе, у меня внутри будто что-то оборвалось. Не метафорически, а физически — резкая, тупая боль под рёбрами, от которой перехватило дыхание. Я замерла на месте, всё ещё сжимая в руках коробку с десертом, который везла через весь город, чтобы порадовать будущего мужа...

— Мама, ты уже вернулась? А я тут решила порядок немного навести. Голос у дочери был лёгкий, даже весёлый. Анна Сергеевна, не отвечая, стянула разношенные туфли. Ноги гудели так, словно она не по больничным коридорам ходила, а мешки с песком таскала. Вторая смена подряд, двенадцать часов на ногах, процедурный кабинет не пустовал ни на минуту. Она прошла в комнату, мечтая только об одном, переодеться в старый, невероятно уютный домашний костюм, и услышала, как Алина выключает воду на кухне. — Я в твоём шкафу немного разобрала, дышать легче стало, — донеслось до неё...