— С такой смирной женой не соскучишься от жалости, — Виктор Степанович поднял рюмку и подмигнул гостям. Все за столом засмеялись. Кто-то одобрительно закивал. Игорь, мой муж, сидевший рядом, тоже хмыкнул и уткнулся в тарелку с оливье. Я разливала чай. Рука не дрогнула, хотя внутри что-то сжалось так туго, что стало трудно дышать. — Оленька у нас тихая, — продолжал свёкор, обращаясь уже к соседу по столу, Николаю из третьего подъезда. — Слова поперек не скажет. Не то что твоя Светка — та хоть характер имеет, живая женщина...