Участие нельзя подделать... Его нельзя сыграть, изобразить, оформить «правильными словами». Можно казаться вовлечённым, можно звучать убедительно, можно быть активным — и всё равно оставаться внешним. Потому что участие — это не активность. Это внутренняя связь с происходящим. Человек участвует по-настоящему там, где перестаёт быть зрителем. Не потому что обязан. Не потому что «так правильно». А потому что иначе — невозможно. Участие узнаётся не по громкости, а по следу. След — не обязательно заметен другим...