Телега заскрипела, покатилась ко рву за зоной. Там хоронили. Без имен. Без крестов. Без молитв. Просто яма, известь, земля. Зинаида стояла и смотрела вслед. «Пятнадцать лет, – думала она. – Пятнадцать лет таких утр. Пятнадцать лет телег. Пятнадцать лет безымянных могил». Она вернулась в санчасть. Марковна уже ждала, с тетрадкой в руках, с карандашом, с глазами учителя. – Урок первый, – сказала она. – Яды. Месяцы слились в серую ленту. Зима, лютая, беспощадная, когда женщины замерзали прямо на нарах...