В ту ночь Артём впервые назвал меня мамой. А утром попросил не говорить об этом моей сестре. Ему было шесть лет. Он лежал на моём диване, подтянув колени, и смотрел мимо меня на светлую полоску потолка. Градусник показывал тридцать девять и два. Я сверилась с листком, на котором записывала время приёма лекарства, и снова позвонила в неотложную помощь. Выполнила рекомендации. Села рядом, положив телефон на колено. На часах было без десяти три. Холодильник гудел. За стеной скрипнула кровать. Артём повернул голову, нащупал мои пальцы и тихо сказал: «Мама, не уходи»...