— Ой, как я хочу вернуться. Как я соскучился по спокойной жизни, по сырникам и кресле-качалке на даче. Эта вертихвостка только и делает, что по подружкам и по барам всю ночь бегает, а потом день отсыпается. А я не могу так, у меня таких сил уже нет. Два друга, которым этой зимой стукнуло по шестьдесят четыре, сидели в парке, на заваленной опавшими листьями, скамейке и разговаривали. — Раньше ты иначе пел, — Семён поднялся со скамейки и, не прощаясь, с давним другом пошёл по дорожке. — Сёма, ты куда, — подскочил Аркадий...