Началось все с того, что Римма решила спасти мать. Именно так она потом себе это и формулировала — спасти. Было в этом слове что-то торжественное и самонадеянное. Теперь, прокручивая назад, она понимала, что уже тогда, в самом начале, взяла на себя роль, которая была ей не по силам. Мать, Клавдия Петровна, всю жизнь проработала на обувной фабрике, стояла у конвейера по двенадцать часов, сначала в советское время, потом в девяностые, когда завод трясло и лихорадило, а зарплату выдавали ботинками...

— Это что такое, Денис? Откуда это в твоих вещах? Денис, не делай из меня идиотку. Зачем тебе, взрослому мужчине, который готовится к свадьбе, детская пустышка? Только не надо мне заливать про «дурацкие»...