После выстрела РПГ-18 превращался в пустой тубус. Его не перезаряжали, не берегли для следующего боя и не несли обратно. Но именно этот одноразовый гранатомёт пехота старалась иметь под рукой даже тогда, когда в подразделении уже были более мощные средства. На бумаге это выглядит странно. Зачем бойцу ещё один ствол, который живёт ровно один выстрел? Ответ лежит не в бронепробитии как таковом, а в том, что «Муха» меняла возможности обычного стрелка прямо в ту минуту, когда ждать расчёт было уже поздно...