— Как там Вовка? — спросила Пельтцер. — Таня, ты не представляешь! Сижу на вахте, его ведут. Боже мой, он лысый! Ему так идёт. На нём телогрейка сидит, как фрак. Распахнутая грудь... Он похудел. Осиная талия. Вот такие плечи. Глаза горят, — рассказывала мать актера Владимира Долинского. — Ну, Зинка, ты даёшь! Ну прямо Бестужев-Рюмин, — вздохнула Пельтцер. Долинского помнят по ролям второго плана: пастор в «Том самом Мюнхгаузене», пан Пепичек в «Кабачке „13 стульев“», отец «Жабы Аркадьевны» в «Моей прекрасной няне»...

Мой брат вынуждал мать проживать в подсобном помещении и отдавать деньги. Телефон дрогнул от нового сообщения. «Мама продаёт квартиру и переезжает ко мне, вопрос решён». Слова брата обрушились, пошатнув мою уверенность в спокойном завтра...