Лена поставила на стол контейнеры — ровно в ряд, как всегда делала, когда нервничала. Крышки щёлкали слишком громко. Или ей так казалось. Овсяная каша, рыба на пару, тёртая морковь. Три контейнера — три приёма пищи. Подписано маркером: “утро”, “обед”, “вечер”. Её почерк становился особенно аккуратным, когда хотелось удержать хоть что-то под контролем. Из комнаты послышалось покашливание. — Леночка… — протянул Виктор Петрович так, будто звал не человека, а санитарку в ночную смену. — Ты там… не переборщила? Мне нельзя...

Долго .. долго я думала о психологии, даже училась 1 четверть в универе.. И тут понесло. Смена имени, развод. Сопротивление принципам. Потеря детей. Сумасшествие. Поломка личности. Непонятное поведение. Работа.. много работы. Новые отношения. Возвращение себя. Долгое изнурительное притирание, отстаивание границ с любящим человеком, с разводом как зеркало моего...