Зоя сидела на кухне и листала альбом. Толстый, в бархатной обложке, углы протёрты до картона. На первой странице – Ритка трёхмесячная, в байковом одеяле, на руках у Зои. Щёки круглые, кулачки сжаты, один глаз приоткрыт. И Зоя – молодая, с растрёпанной косой, губы прикушены от того, как старалась не шевелиться, пока соседка щёлкала мыльницей. Фотографий из роддома не было. Ни одной. Зоя перевернула страницу. Ритке полгода. Год. Первые шаги – держится за бабушкин палец, рот раскрыт от восторга. Два года, три, пять...

Третья женщина с жёлтыми хризантемами появилась в вокзальном кафе в одиннадцать сорок. Надежда сначала подумала, что в городе просто дешёвые хризантемы. Первая женщина уже полчаса сидела у окна с таким же букетом. Теперь ещё одна остановилась возле стойки, поставила маленький чемодан и спросила, где можно зарядить телефон. У всех трёх была одинаковая упаковка: коричневая бумага, зелёная лента, маленькая белая карточка. Надежда опустила глаза на свою. «Для моей единственной. Скоро обниму». Она улыбнулась и снова посмотрела на телефон...