— Значит, так, — бабуля постучала золотым перстнем по столу, будто отбивала ритм своей непреклонной воли. — Квартиру в Москве я тебе оставлю. Но с условием: выйдешь замуж и продержишься в браке три года. Не разбежитесь, не разведётесь — квартира твоя. Я застыла над чашкой чая, который вдруг стал казаться слишком горячим, слишком горьким. В гостиной у бабули всё было как в музее: тяжёлые шторы, фарфор за стеклом, запах старых книг и денег, которые умеют лежать тихо и ждать своего часа. — Три года, — повторила я, чтобы потянуть время...