На торте осталось ровно «25 лет. Спас». Всё остальное съели. Вместе со словом «Надя». Я стоял у открытого холодильника в рабочей куртке и смотрел на картонную коробку. Сегодня, по дороге с завода, я специально заехал за ним к Алёне на Космонавтов. Она печёт на заказ, на неделю вперёд всё расписано. Медовик с вишней, сверху белая глазурь и надпись кремом. Три тысячи четыреста. Я его утром спрятал за кастрюлю с борщом и кочан капусты. Чтобы Надя не нашла. Надя не нашла. Нашёл Артём. — О, Виктор Палыч, здрасьте! — Он сидел на кухне в моих тапках, с моей кружкой, и доедал кусок с буквой «я»...