Я поставила торт на стол и отошла на шаг. Двадцать пять. Цифры из мастики – белые на шоколадной глазури. Три дня я его пекла. Коржи, крем, выравнивание. Ютуб-ролики на повторе, руки в муке до локтей. Бисквит не поднялся с первого раза – пришлось переделывать в час ночи, стоя на кухне в халате и тапках. На кухне пахло ванилью и топлёным маслом. За окном темнело – май, но холодный, с ветром. Восемнадцать тарелок я расставила по кругу, восемнадцать салфеток свернула треугольником. Сорок семь тысяч ушло на продукты, декор, платье новое – тёмно-синее, с вырезом лодочкой...

Крем ложился неровно. Я провела шпателем ещё раз – от нижнего яруса к верхнему, одним длинным движением, какому научилась по видео. Торт на пятьдесят лет должен быть безупречным. Три яруса, белый крем, а внутри – вишня и тёмный шоколад. Как Глеб любит. Как Глеб любил всегда, с тех пор как я впервые испекла ему на день рождения – тогда ещё кривой, осевший набок, с подгоревшим дном. Руки пахли ванилью. Этот запах въелся в кожу так, что никакое мыло не брало. Я привыкла. Глеб тоже. Когда я ложилась рядом, он иногда поворачивался и говорил: «Опять пекла»...