Станица затихла после Гражданской, но тишина та облегчения никакого станичникам не приносила. Она была как боль, которую не унять ни молитвой, ни работой. Многие семьи разделились, а кто-то и вовсе остался без мужчин. Казачьи ряды поредели, и теперь уже не слышно было слов "За Царя и Отечество". Теперь звучали другие слова и другие лозунги. Глава 1 Забава осталась совсем одна - ни отца, ни матери, ни братьев, ни мужа. Только Костик, смышленый мальчуган с карими, как у Петра глазами. И преданностью к той, которую звал мамой...

«Вашу спальню освободите нам — вам двоим вполне хватит маленькой», — объявил мой двадцатидевятилетний сын Денис, небрежно помешивая чай моей любимой серебряной ложечкой. Он сидел за моим кухонным столом, ел мои сырники, испеченные из фермерского творога, и с видом топ-менеджера, раздающего указания стажерам, планировал передел моей же квартиры. Его жена Алина, сидящая рядом, согласно кивнула, грациозно поправляя на плечах кашемировый палантин. Я, Лариса, женщина пятидесяти лет и заведующая крупным супермаркетом с двадцатилетним стажем, видела в своей жизни многое...